Histonow

Монастыри оказывали влияние на народ через так называемых «учительных монахов», к которым при поголовной почти неспособности приходского духовенства к народному учительству, охотно стекались новопросвещенные русские люди. Выдающейся тип учительного монаха представляет собой инок Авраамий Смоленский. О Никите – Затворнике Печерском известно, что, обладая способностями и даром учительства, он не был во имя этого даже ригористом своего подвига и принимал у себя в затворе искавших у него наставлений. Правда, нет оснований думать о большом количестве таких исключительно одаренных и популярных учительных монахов: однако и рядовое монашество практиковало пасторскую обязанность учительства в самых широких народных кругах, благодаря, древне – русскому институту духовенства, состав которого пополнялся преимущественно монахами. Карташев А.В. пишет об этом такими словами: «Право исповеди, право быть в тесном смысле «духовным отцом» своих пасомых у нас, по примеру греческой церкви, не принадлежало всем без исключения иереям в силу самого их сана, а составляло привилегию наиболее опытных из них в духовной жизни, облекавшихся званием духовников по особому епископскому благословению».[22]

Наиболее опытными на практике были признаны иереи из монахов, которые принимали себе на исповедь Мирян всех состояний и возрастов, состоя в этом служении или при приходских церквах, или даже внутри монастырей. Всем мирянам предоставлялась полная свобода в выборе духовных отцев и только рекомендовалось держаться избранного руководителя в христианской жизни до конца дней своих. Влияние духовного отца на своих «покаяльных детей» обеспечивалось тем высоким и непререкаемым авторитетом, какой приписывается ему в многочисленной серии как переводных, так и оригинальных древне–русских церковно-практических памятников. Карташев пишет: «Послушание духовному отцу доводится до такой крайней заповеди, что рекомендуется безусловное послушание даже в случае предложения – утопиться».[23]

Находясь в столь благоприятных условиях для воспитательных влияний на народ, древне-русские духовники-монахи несомненно сильно повлияли на склад религиозно-нравственных воззрений наших предков.

Кроме религиозно-нравственного служения русскому народу наши древние монастыри не запятнали себя невниманием и горьким житейским нуждам мирского человека. В истории Печерского Монастыря существуют трогательные примеры милосердного участия его лучших братий к страданиям бедного некультурного человека, состоящего в тяжелом рабстве у неумолимой природы и у себя подобных. Преп. Феодосий без слез не мог видеть нищего и убогого. Для всех таких обездоленных судьбой он устроил при монастыре богодельню, на которую и тратил 10-ю часть монастырских доходов, не взирая на ропот части братии, которой он напоминал в своих поучениях, что сами они пользуются благотворительностью от мирян и что платить миру должны не одной только молитвою, а и милостыней. Заветы св. Игумена не остались бесследными. Вскоре после его смерти, в конце XI века вследствие политических осложнений, приостановлен был ввоз Галицкой соли. Киевские барышники неимоверно подняли цены на этот необходимый и последнему бедняку товар. На выручку бедным людям явился Печерский монастырь, который открыл для дешевой продажи свои запасы соли и этим сбивая рыночную цену. Во время голодовок Прохор Лободник, прозванный так за питание травой лебедой, прокормил многих алчущих незатейливыми продуктами своей аскетической кухни. Преп. Феодосий показал также пример заступничества и благотворения жертвам тогдашнего кривосудия. Каждую субботу отправляя он воз печеного хлеба заключенным в узах. Осуждаемые находили в лице св. Игумена верного ходатая пред князем и тиунами и достигали чрез него избавления, потому что по словам Нестора, судьи не могли прислушаться за его святость.

Что касается просветительного значения древнерусских монастырей, то в западных монастырях от начала Денедиктинского Устава (V в) книжность и школьное просвещение являлись одним из прямых аскетических подвигов. На Востоке этот активизм не включался в монашеские уставы. И потому их просветительская работа, обращенная к миру, не была столь организованной, столь эффективной. Монастыри могли бы служить богатыми книжными центрами, если бы все были устроены по точным указаниям общинножительного Студийного Устава, в котором значилось, чтобы в свободное от работ и молитв время всякий божественным занимался писанием. Но так как этот устав выполнялся лишь некоторыми монастырями и при том в возможно урезанном виде, то допускать только на основании буквы устава всюду по монастырям существование библиотек, а не богослужебных лишь книг – будет рискованно. Но насколько усердно старался выполнить все пункты Студийского Устава в своем монастыре преп. Феодосий, настолько усердны были заботы его о создании у себя монастырской библиотеки. Чернец Илларион, «хитрый писать книги по вся дни и ночи писал их в келье блаженного», сообщает Нестор, «Никон переплетал книги, а сам Феодосий прял для этого нити.

Социально-политический кризис в начале XX в.
Социальные противоречия и неспособность правительства решить важнейшие политические проблемы привели в начале XX в. к глубокому социально-политическому кризису. Он выражался в борьбе трудящихся против самодержавно-полицейского строя, в создании леворадикальных политический партий и либеральных оппозиционных союзов, в спорах внутри правя ...

Реформы Екатерины П. воцарение Павла I
Губернская реформа 1775 г. Были приняты меры по укреплению дворянства в центре и на местах. Впервые в российском законодательстве появился документ, определивший деятельность местных органов государственного управления и суда. Эта система местных органов просуществовала до Великой реформы 60-х годов XIX в. Введенное Екатериной II админи ...

Биография Кривошеина С.М.
Семён Моисеевич Кривошеин родился 28 ноября 1899 года в городе Воронеже в семье еврея-кустаря. Окончил 7 классов гимназии. В 1918 году вступил добровольцем в РККА. Участник Гражданской войны. В 1918—1919 годах — боец 107-го пехотного полка, затем красноармеец 12-го кавалерийского полка 12-й стрелковой дивизии. С ноября 1919 года — ко ...