Заключение

По мнению М. А. Бойцова, перевороты XVIII века – такая же характерная черта российского абсолютизма этого времени, как, скажем, фаворитизм. По сути своей это различные проявления одной и той же модели управления обществом, одной концепции власти (пусть даже эту концепцию никто из современников осознанно не формулировал), одного типа политической культуры. В основе всех этих по видимости разнородных явлений лежит одно и то же – недостаток публично-правового начала в политической жизни России, ибо петровские реформы после многих экспериментов привели к созданию ряда государственных учреждений, но отнюдь не четко действующего механизма государственной власти.[xviii]

Важно отметить небезынтересный факт: преемниками Петра I, царствовавшими до 1762 года (за исключением разве что его дочери Елизаветы I), оказались слабовольные и малообразованные люди, проявлявшие подчас больше заботы о личных удовольствиях, чем о делах государства. Надо сказать, что это имело вполне объективные причины: в этот период монарха “выбирала” та или иная группировка, и ей было выгодно, чтобы этот монарх не представлял собой цельной личности и был послушной марионеткой в их руках.

По сути, весь

XVIII век представляет собой период борьбы между абсолютизмом и его ограничением.

Однако, как можно заметить, победу одержал все-таки абсолютизм. Российский абсолютизм не развивался в сторону последовательного наращивания латентных ограничений власти до степени трансформации их в ограничения политические, как это было свойственно западноевропейскому абсолютизму.

А. Л. Янов отмечает: "Россия выработала тип политического развития, сочетающий радикальное изменение институциональной структуры с сохранением основных параметров несущей политической конструкции".[xix] По мнению Ю. В. Костина, “в нашей стране, в отличие от Запада, традиционно сложилось иное представление о задачах и возможностях государственной власти, иное правопонимание. Связано это было во многом с тем фактом, что Русское государство на протяжении многих веков было единственным гарантом выживания нации и главным инструментом создания империи. Поэтому гипертрофированная государственность, окруженная ореолом святости, требующая от человека слепого и безоговорочного подчинения власти, выполнения любого приказа, являлась особенностью российского политического развития. В системе отношений такого рода праву просто не оставалось места. Вместе с тем, несомненно и то, что в той или иной форме представления о необходимости ограничения великокняжеской, царской, императорской власти существовали всегда, но они не могли получить широкого распространения, стать элементом массового общественного сознания”.[xx]

Дисненщина в годы Великой Отечественной войны. Бой за г. Дисна и оккупация города и района.
На рассвете 22 июня 1941 года фашистская Германия вероломно, без объявления войны напала на Советский Союз. Началась Великая Отечественная война советского народа против фашистской Германии. Беларусь в числе первых советских республик подверглась ударам врага, а районы Западной Беларуси первыми подверглись ужасам войны. Старожилы г. Дес ...

Казачество и Октябрьская революция
Казаках в 1917 году – это тысячи и десятки тысяч вооружённых, обученных военному делу людей, представляли собой силу, не учитывать которую было невозможно (осенью 1917 г. в армии было 162 конных казачьих полка, 171 отдельная сотня и 24 пеших батальона). Ко времени большевистского Октябрьского вооруженного восстания в Петрограде в соста ...

Установление сталинской диктатуры.
Разгром «правых» происходил под аккомпанемент обвального крушения нэпа по всем направлениям хозяйственной и социальной политики. Зерновой кризис, хлебный кризис означал конец нэпа. В ходе развернувшихся новых дискуссий решился вопрос о том, что выход в сложившейся обстановке – в государственной плановой системе хозяйства, ограничивающей ...