Демидовы
Страница 2

Есть, впрочем, одно известие о природных способностях Демидова, сомнение не вызывающее хотя бы уже потому, что пришло из лагеря противников Никиты, никак не заинтересованных приукрашивать правду. В "Разговоре двух приятелей о пользе науки и училищах" его автор (В.Н.Татищев) вспоминает: «Мы все знали кузнеца, а потом дворянина Никиту Демидова, который грамоте не учен, но другие ему Библию читали, он все, памяти достойное, в которой главе стих не токмо сказать, но пальцем место указать мог". Помимо свидетельства о замечательной памяти, отсюда можно извлечь и другую ценную информацию: указание на широкую известность личности Демидова. ("Мы все знали кузнеца ."), дополнительное подтверждение факта о его неграмотности, очень любопытное свидетельство интереса Демидова к религии.

Смотря на портрет, можно сказать, что перед нами отнюдь не весельчак, напротив, человек суровый, волевой. Нет на портрете, кстати, еще одной детали, упоминаемой документом - болезни глаз, которой ближе к концу жизни, возможно, страдал Никита Демидов.

С оценкой заслуг металлозаводчика перед государством связан указ от 21 сентября 1720 года (до нас не дошедший) о пожаловании его в дворяне. Соответствующий диплом был заготовлен, но случайно, за отъездом Демидова, оказался не подписанным Петром I. Тем не менее, когда при Екатерине I дело, наконец, было доведено до конца, и новый диплом 24 марта 1726 года был императрицей подписан, в нем оказалась ссылка на соответствующий указ 1720 года. Родовой дворянский герб Демидовых включал изображения, символически отражавшие их занятия: серебряный молот и три зеленые рудоискательные лозы.

При жизни Никиты Евдокия Федотовна (его жена) пребывала в отбрасываемой им тени. Лишь после его смерти имя ее начинает встречаться на страницах документов. В 1723 году (23 октября) она составила духовное завещание. "В недвижимом - наследником, а в движимом - душеприказчиком" она назначала своего старшего сына. Из движимого 1300 рублей она оставляла двум младшим сыновьям и дочери, все же остальное приказывала раздать нищим при церквях и на строительство храмов. Акинфия она просила широко, "оставя скупость", жертвовать из оставшихся после нее денег, а также из собственных средств "в поминовение муже моем и по мне по вся годы".

Евдокия Федотовна надолго пережила своего мужа. Она хранила память о нем, чему свидетельство не только цитированные строки завещания, но и церковные вклады. Так в память о покойном она пожертвовала в Христовоздвиженскую, что в Чулковой слободе, церковь 53-пудовый (865 кг) колокол (не сохранился).

С именем Акинфия Никитича Демидова некоторые источники связывают также строительство тульской церкви Рождества Христова, что в Чулковой слободе.

В городской усадьбе отца в 1730-1734 г.г. Акинфий построил обширный в три этажа каменный дом-дворец. Отделка самого дома, судя по описанию Афремова, отличалась исключительной роскошью. По его утверждению, именно здесь дважды в течение 1744 года принимались проезжавшие через Тулу императрица Елизавета Петровна и наследник престола Петр Федорович с его нареченной невестой Екатериной Алексеевной (будущей Екатериной II).

Акинфий Никитич приобрел во Фрайбурге минералогический кабинет, дополнил его коллекцией сибирских минералов (в 1759 по его желанию переданы в дар Московскому университету).

Прокофий Акинфиевич следовал завету бабушки - занимался широкой филантропической деятельностью, управлением же заводами не занимался Он абсолютный лидер среди Демидовых по масштабу пожертвований на благотворительные цели. Сам жил в Санкт-Петербурге или Москве, прославился чудачествами: так, в 1778 он устроил в Санкт-Петербурге народный праздник, который вследствие громадного количества выпитого вина был причиной смерти 500 человек. Однажды он скупил в Санкт-Петербурге всю пеньку, чтобы проучить англичан, заставивших его во время пребывания в Англии заплатить непомерную цену за нужные ему товары. Громадные богатства, полученные по разделу (четыре завода, которые он в 1769 продал купцу С. Яковлеву за 800 тыс. руб., до 10 тыс. душ крестьян, более 10 сел и деревень, несколько домов и пр.) сделали Прокопия Демидова одним из значительнейших общественных благотворителей. На пожертвованные им 1млн 107 тыс. рублей основан Московский воспитательный дом. Им же учреждено петербургское коммерческое училище, на которое он пожертвовал 250 тыс. руб. (1772). Когда стали открываться народные училища и главные народные училища, Прокопий Демидов пожертвовал на них 100 тыс. руб. В русско-турецкую войну 1768-1774 он передал 4 млн руб. правительству на военные нужды; 20 тыс. - Московскому университету на выплату стипендий неимущим студентам; 10 тыс. - на здание Московского университета, 100 тыс. -на народные училища. В 1772 основал Демидовское коммерческое училище в Москве. Писал Екатерине II о планах учреждения коммерческой конторы по обмену русской валюты на иностранную, предложил правительству идею организации Ссудной казны, содействовал капиталами осуществлению этой идеи. Развел в Москве ботанический сад, написал трактат «Об уходе за пчелами» (1765, опубликован в «Русском архиве» в 1873).

Страницы: 1 2 3

Разгром «правого уклона».
Начиная с 1926 г., наметились признаки изменения «генеральной линии». На словах ещё сохранялась верность нэповским традициям, но на деле проводилась политика, ведущая к их свёртыванию. На протяжении 1926 – 1927 гг. можно отчётливо проследить нарастание элементов централизации и административного нажима по всем направлениям государственн ...

Крепостное право
Высшая степень неполной собственности феодала на работника произ-ва. К.п. привнесено в Башкирию с распространением рос. феодализма на окраины (см. Присоединение Башкирии к Русскому государству). Крепостное нас. состояло гл. обр. из беглых людей рус. уездов и кабальных, оказавшихся на дворянских землях. Крепостными становились пленные бу ...

Общие сведения о культуре второй половины XIX в России
Начало второй половины XIX века было рубежом, разделившим две эпохи в истории России не только в экономическом и социально-политическом, но и культурном плане. Бурные преобразования, которым подвергалась русская жизнь того времени, не могли не сказаться на культурном процессе. Уже внешние приметы быта обозначили новую жизненную полосу: ...